Глава 11. Домой я сразу не поехала

Домой я сразу не поехала. Не могла. Там меня наверняка будут искать. В обычных обстоятельствах я бы побежала поплакаться к Хантеру. Но не в этот раз. Я съехала с Атлантик-авеню на стоянку у пляжа. Заперев автомобиль, спустилась к океану и села на песок, пытаясь разобраться в произошедшем.

Доминик мне изменил. Бриттани от него залетела. Бриттани – подружка его соседа по комнате. По крайней мере так он мне сказал. А говорил, что любит меня и никогда не обидит. Ха! Какой же дурой я была, когда верила ему. А ведь знала. Все признаки были налицо, но я предпочитала их не замечать.

Мне было больно. Но, думаю, больше всего меня удивило то, что ему хватило глупости устроить беременность. Получив полную стипендию, он приехал сюда, чтобы играть в футбол. Времени на меня у него не было. Так откуда оно возьмется на ребенка? Вот идиот!

Доминик уже не моя проблема. Сам заварил кашу, пускай сам и расхлебывает.

Стоило мне решить, что у нас все наладилось, и на тебе, случилось такое. Я не видела Бриттани с того самого дня, как столкнулась с ней в дверях, выбегая из общаги. Держу пари, она шла к Доминику. Я вспомнила ту первую ночь, когда была у него. Это ведь она постучала в дверь, а Доминик сказал ей, что занят. Уже тогда я поняла, что что-то происходит, но не придала этому значения.

Сгорел на обмане – стыдится пусть лжец, попался вторично – лей слезы глупец.

Могу поклясться, с Алексис он мне тоже изменил после того, как уверял, что с ней у него ничего нет.

Какое-то время я сидела, предаваясь жалости к себе. Я знала, что мне нужно собраться и встретиться с трудностями лицом к лицу, и лишь надеялась, что мне хватит сил храбриться перед всеми. В такой момент мне бы очень хотелось оказаться дома в своей комнате, где я могла бы укрыться от всего мира.

Снова сев в машину Мейсона, я растеряла всю решимость. И кого я дурачу? Я чувствовала себя просто раздавленной. Я думала, что в итоге у нас с Домиником все наладится. Мне и правда хотелось, чтобы мы были вместе.

Сделав несколько глубоких вдохов, я вытерла слезы и поехала в общагу. Как я и думала, все были там. Хейли скрутилась клубком рядом с Мейсоном на ее кровати. Купер сидел в ногах моей, подперев руками голову, а Хантер мерил шагами комнату.

– Со мной все в порядке, – сказала я. Это все, что я сумела выдавить, не разразившись слезами. Вот залезу в душ, тогда и наревусь вдоволь.

Хантер остановился и посмотрел на меня, ожидая разрешения утешить. Я кивнула. Он подошел и обнял меня, слегка покачивая в своих объятиях, как делал всегда, когда был мне нужен.

– Ты в порядке? – прошептал он мне на ухо.



– Буду. Нужно только немного подождать. Время лечит.

Я убрала руки с его талии и села на кровать рядом с Купером. Он обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.

Какое-то время все сидели молча, каждый думал о своем. Мне это не очень помогало. Нужно было чем-нибудь себя занять.

И заскочить в душ, чтобы смыть весь этот вечер. Встав с кровати, я достала из комода свои вещи, но замерла, увидев в зеркале лицо Купера. У него была разбита бровь, и рана кровоточила.

– Что случилось? – спросила я брата.

– Ничего, – покачал головой Купер.

Ответ меня не удивил. Брат защищал меня. Я стояла и пристально смотрела на него.

– Скажи мне, пожалуйста, – наконец проговорила я, отведя взгляд от зеркала.

– Ничего не случилось, Кензи, – заговорил Мейсон впервые с тех пор, как я вошла.

Я перевела взгляд на него и заметила, что его футболка порвана и заляпана кровью.

– Чья это кровь?

Хейли выпуталась из объятий Мейсона, подошла ко мне и обняла. Я не пошевелилась, злясь на подругу за то, что она даже не попыталась предупредить меня о случившемся. Может, она и не совсем понимала, что происходит, но знала, что меня это касается.

– Прости. – Хейли отпустила меня и вернулась к Мейсону.

– Ты могла предупредить меня, что Доминик что-то натворил, Хейлз.

– Знаю, и мне очень жаль. Я пыталась оградить тебя. Если бы ты знала, то пошла бы за братьями.

Она права, но мне все равно было обидно.

Я вошла в ванную принять душ, надеясь, что когда выйду, в моей комнате никого уже не будет.

Включив максимально горячую воду, какую только могла выдержать, я залезла в душ, встала под струи воды и наконец дала слезам волю. Свернувшись на полу, я лежала, пока вода не стала холодной. Поднявшись и быстро вымывшись, я вылезла из душа и натянула спортивный костюм.

Набравшись храбрости опять встретиться со всеми лицом к лицу, я вышла из ванной. И с удивлением обнаружила, что, кроме Хантера, в комнате никого нет. Я молча забралась на кровать и, накинув капюшон на голову, удобнее устроилась на подушке. Мне лишь хотелось уснуть и забыть сегодняшний день.

Хантер выключил свет. Я ожидала, что услышу, как откроется дверь, но этого не произошло. Он подвинул мой стул к кровати и принялся растирать мне спину, стараясь меня успокоить.



Слезы вернулись, потекли по щекам, капая на подушку. Я попыталась вытереть их так, чтобы Хантер не понял, что я снова плачу, и услышала, как ему на сотовый пришло смс. Он перестал растирать мне спину и вытащил телефон. Потом тихо выругался:

– Сюда идет Доминик.

– Мне нужно поговорить с ним. – Я привстала и посмотрела на Хантера. – Наедине.

– Нет, – серьезным тоном отозвался он.

Я промолчала. Мне не хотелось снова препираться. Может, и хорошо, что Хантер остался тут со мной. На самом деле оставаться с Домиником наедине у меня не было никакого желания.

Я собрала все вещи Доминика, оставшиеся у меня: его свитер, который я любила надевать каждое воскресенье, и несколько футболок, в которых я спала. Подойдя к комоду, убрала с зеркала фотографии, на которых был Доминик. И сняла с пальца кольцо, подаренное им на день рождения. Мне нужно было избавиться от всего, что меня с ним связывало.

В дверь постучали. В коридоре раздались крики, которые меня напугали. Я думала, что все ушли, но это было не так. Наверное, они ждали в холле перед телевизором.

Дверь открылась, и вошел Доминик. С синяком под глазом, разбитой губой и глубоким порезом на переносице. Уверена, нос у него тоже был сломан. На футболке виднелись пятна крови.

– Детка…

– Я тебе не детка! – процедила я, не дав ему договорить.

– Я могу объя…

– Нет, ни хрена ты объяснять не будешь, – снова перебила я. – Тут нечего объяснять. Что сделано, то сделано, Доминик.

– Она врет, Кенз. Не могла она залететь. Мы всегда предохранялись. Это невозможно. А если она и беременна, то не от меня.

Я скрестила руки на груди и уставилась в пол.

– Не имеет значения, беременна она или нет. Между нами все кончено. Ты сказал, что она подружка соседа по комнате. Теперь утверждаешь, что вы всегда предохранялись. Она хоть была подружкой твоего соседа?

Он проигнорировал вопрос.

– Так что, теперь ты меня бросаешь ради этого придурка? – спросил он, глядя на Хантера, который все еще сидел на стуле возле моей кровати.

– Нет. Я говорила, что ты можешь мне доверять. Я свое слово держу.

– Я тебя умоляю! Сама увидишь. Твои хреновы братья не могут запретить тебе делать все, что пожелаешь. Ты побежишь к нему. Это лишь вопрос времени.

– Следи за своим языком, Доминик. Можешь поливать меня грязью как угодно, но не втягивай в это моих братьев. У нас своих проблем хватает, черт возьми, – огрызнулась я.

Дом подошел ко мне. По его глазам я видела, что он уже сдался, но не отвела от него взгляд. Я не собиралась отступать. Он сделал мне очень больно.

Доминик опустил взгляд, потом посмотрел на меня и снова в пол. Затем полез в карман, вытащил маленькую черную коробочку и встал на одно колено.

Это что, шутка? Боже мой, только не это. Такого просто не может быть!

Доминик посмотрел на меня, одна слезинка скатилась по его щеке. Позади меня выругался Хантер. Послышался звук отодвигаемого стула, дверь открылась и с грохотом закрылась.

Я потерла руками лицо и попросила:

– Пожалуйста, не делай этого.

– Детка, я люблю тебя. Я облажался, но это больше никогда не повторится. Я хочу провести с тобой всю жизнь. Хочу заботиться о тебе, создать семью и вместе состариться. Когда ты со мной, я прочно стою на земле, я чувствую, что все в этом мире правильно. Когда тебя нет рядом, все не так, весь мир катится в тартарары. Маккензи, ты выйдешь за меня замуж?

Я разрыдалась, да так, что даже не могла разобрать, как выглядело кольцо. Я отрицательно покачала головой и услышала, как он прошептал:

– Пожалуйста, Кензи.

– Не могу, Доминик. Ты меня предал. Разрушил наши отношения. Ты не хочешь жениться на мне.

Я вытерла щеки рукавами толстовки и встала перед ним на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне.

– Ты не любишь меня… – Он начал спорить, но я приложила палец к его губам, заставив замолчать. – Да, ты влюблен в меня, но мы не любим друг друга. И не думаю, что когда-нибудь любили.

Я убрала палец с его губ, и он опустил голову. Я посмотрела вниз и увидела на полу капли слез. Мне почти было его жалко. Почти.

Дав Доминику несколько минут, я подошла к комоду, где оставила сумку со всеми его вещами, и вернулась к нему. Он встал, и я отдала ему сумку.

– Мне очень жаль, что я так все испоганил.

– Мне тоже.

Он направился к двери, но обернулся еще раз взглянуть на меня, перед тем как уйти навсегда.



7969335685498479.html
7969372108071249.html
    PR.RU™